...в рецепции читателей других эпох

[.livejournal.com]

— Самолюбивая посредственность Ленский, — со вкусом проговорил Борис Владимирович, — настолько масштабно незначительнее Онегина, насколько яркая личность крупнее полного отсутствия личности!
Он отправился в обратный путь между партами.
— Поймите, друзья мои! Лиричность, способность любить, увлеченность, поэтичность Ленского блекнут в сравнении с онегинским умом, волей, презрением к смерти, знанием человека и его слабостей…
— Муть! — вдруг сказал Женька развязно. — Я так не хочу!
Было сладостно наблюдать, как быстро зауживается широкая учительская спина, возникает пораженное лицо, слишком яркий для серого костюма, почти красный галстук.
— Извольте объясниться, Столетов! — насмешливо сказал Борис Владимирович. — При моем уважении к личности я способен простить грубость, но вправе потребовать объяснения. Пожалуйста!
— Плохо жить, если Ленский — посредственность! — пробормотал Женька. — Я не хочу, чтобы он был таким!
Ему отчего-то стало легче. К груди прихлынуло горячее, затылок почувствовал верную твердость стены.
— Вы говорили, что любите Пушкина, а ведь Ленский похож на него… — хамским тоном сказал Женька. — Так и Лермонтов думал… Если вам хочется быть Онегиным — будьте! — с дерзкой улыбкой разрешил Женька. — Вы тоже неживой, придуманный…

/Виль Липатов, "И это все о нем"/


Вот я заголовок придумал! А вы голосуйте! И в комментариях скажите, почему так, а не эдак. Комментарии дня на два-три я скрою.
[Poll #2121540]

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: Литература (https://www.livejournal.com/category/literatura?utm_source=frank_comment), Отношения (https://www.livejournal.com/category/otnosheniya?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[pere0duchesne.livejournal.com]

Где-то я читал, а может быть, сам додумался, что Онегин - выученик школы Вольтера, манипулятор, а Ленски - последователь Жан-Жака. Ооднако вот моя симпатия на стороне Ленски, пусть он далек от Поэта и зрелой личности.

[bella-casus.livejournal.com]

Как литературные персонажи оба на месте. А по жизни общаться приходится и с тем типом, и с другим. Главное, чтоб не слишком близко )))

[vive-liberta.livejournal.com]

за Владимира против Евгения
Ленский - посредственность, это правда. И Геттингенский универ с этим ничего не поделает. Но он не подлый. Даже пусть так: еще не успел стать подлым. А вот Онегин совершил подлость, мелкую, но кровавую в итоге. Собственно, и вторую готовил, в отношении Татьяны-княгини, да получил в лоб.

[caffe-junot.livejournal.com]

При первой попытке прочитать "Евгения Онегина" - а было мне двенадцать лет - много чего не поняла я ввиду неразумия отроческого, но твердо решила, что Ленский ни разу не поэт и НЕ Поэт. По одной простой причине: не разглядел Татьяну. В целом же оба мужских персонажа мне крайне несимпатичны и сегодня, когда мне больше чем четырежды двенадцать.

[caffe-junot.livejournal.com]

Как сейчас вспоминаю, в подростковом возрасте, в рамках квеста "убей в себе романтика", я был "за Онегина". И, осмелившись проецировать некоторые собственные ощущения на НАШЕВСЁ, задался вопросом, а не ввел ли Александр Сергеевич два своих alter ego в роман? Будучи по натуре более Ленским, А.С. видит в Онегине своеобразный идеал, архетип, модель, которой бы хотел следовать и соответствовать. Не только же Федору Михайловичу дозволено раздвояться?..
В рамках же последующей очередной "переоценки ценностей" увидел я, что Онегин - фигура не столько контр-романтическая, сколько типично либерашистская ("свобода ОТ", доведенная до абсурда).
Конечно, "да будут все", поскольку все всё равно будут.

[homme-larochell.livejournal.com]

Если вопрос подразумевает людей, отраженных в собирательных образах персонажей, то "против всех-обоих". Не говорите, что время было глухое и темное, и кроме разговоров на отвлеченные темы, занять себя было нечем. Или считайте это проявлением "классизма" (пользуясь терминологией ревизионистов) с моей стороны: я только с теми и за тех, кто мыслил и действовал, благо досуга у них для этого было предостаточно.
Нехитрое дело от скуки прочитать модных авторов, важно, что из этого чтения человек выносит. Я опять за соответствие образа жизни образу мыслей, а когда этого нет - то Онегин и Ленский по сравнению с Пустяковым ничего не выигрывают.

[j-tivale.livejournal.com]

Если уж необходимо выбрать, то я прежде всего против Онегин. Не обязательно, конечно, гореть, как факел, но можно ведь быть хотя бы свечой, лампадой или камином. Лучше, чем ржаветь или гнить, какие бы времена не стояли. Времена вообще редко благоприятствуют высоким душевным порывам и благородным поступкам, и заслуга личности и незаурядность проявляется именно в том, чтобы встать выше некоторых обстоятельств.
А Ленски... Мне показалось, что Пушкин набросал эскиз вероятной его судьбы, деградации, ради того, чтобы читателя примирить с нелепым этим убийством, и с его виновником. На самом деле, пережив кризис, разочарование, Ленски мог скатиться как в цинизм, и я бы этот вариант сравнил с Дансени, но не книжным, а в фильме Милоша Формана, так и мог бы и обратиться к кое-чему серьезному. И вот его-то можно представить среди декабристов или по крайней мере среди сочувствующих, как Веневитинов.

[lillibulero.livejournal.com]

С какой категоричностью Вы ответы предложили... "Да будут все", аки литературные, так и вочеловеченные, поскольку это еще далеко не худшие экземпляры в нашем дольнем мире, а тем более что все равно никуда от них не денешься )
Мой заход на А.С.Нашевсё состоялся лет в 14, наверное, хотя к уразумению романа это и не привело. В общем, мужским персонажам я и не сопереживаю, да и женским не сочувствую: Ольга живет единственно возможной для нее жизнью, а Татьяна сильная и в жалости не нуждается.

[marianne68.livejournal.com]

Даже не знаю.И не ЗА, и не ПРОТИВ. Они оба мне чуждые. Я сочувствовала только Татьяне, и Ольге чуть-чуть, потому что такое существование, а не жизнь, кого угодно морально изуродует.

[anton-pravdin25.livejournal.com]

Сразу подумал, что персонаж времен "Органта" почти наверняка бы высказался за Евгения, а времен КОС - за Владимира. А я как я (с) - против всех, пожалуй. Один подлец, другой дурак. Я не умаляю силу искусства А.С.Нашевсё, наоборот, это результат силы его таланта.

[1759-28-10.livejournal.com]

А я вот считаю, что Онегина скорей можно приспособить к делу. Не то что он такая возвышенная сложная натура, что "право имеет", а все остальные "твари дрожащие". Нет. Начистоту, особо никто там симпатичен современному человеку не должен быть. Онегин хотя бы как-то интересуется проблемами земными, Адама Смита читал :gigi: А Ленский - сферический в вакууме.


Мишле? Мишле всех благословляет.

А ты, Луиза?.. Понятно. Онегин ей не нравится совсем, а Ленский — чуть менее, чем полностью. Женский расклад.

[cives-loci.livejournal.com]

Я выбрала вариант "да будут все", потому что и онегины, и ленские на свой лад интересны в жизни, и на свой лад утомляют и раздражают порой. А если о литературе говорить, то контраст в любом произведении - основа сюжета

[gran-salis.livejournal.com]

Повестью В.Липатова я, помню, зачитывался. Нечто весьма родственное в главном сюжетном конфликте чуял.
Как литературные персонажи все на месте. Но как люди в реале... Оба бесконечно самолюбивые, эгоистичные до мозга костей (классовая сущность?), чего-то нового в общественную мысль не принесли и не принесли бы. Читал я в свое время исследования на тему, что А.С. собирался Онегина отправить в тайное общество к декабристам, да и в школе на уроке что-то такое нам вещала Наталья Ивановна. Однако А.С. правильно сделал, что не написал такое продолжение, а то бы уронил свою репутацию. Очень уж фальшиво, то есть маловероятно. А вот муж Татьяны, может быть, и имел бы отношение к декабристам. И Татьяна, следовательно, потом за ним, в Сибирь.

[saint-honore398.livejournal.com]

"Да будут все!" (конечно, иначе мы, учителя литературы, без хлеба останемся :secret: )
Мне уже трудно восстановить непосредственные впечатления, профессия наложила несмываемую печать.

[pere0duchesne.livejournal.com]

Литература — да.

[pere0duchesne.livejournal.com]

Вон оно как заверте... Спасибо, гражданки и граждане коллеги товарищи. Можем к дискуссии приступить ;)

[vive-liberta.livejournal.com]

А вот муж Татьяны, может быть, и имел бы отношение к декабристам. И Татьяна, следовательно, потом за ним, в Сибирь.
А ведь правда! По историческому раскладу, а не по авторскому произволу, ожидаемо и предсказуемо!!!

[bb1755.livejournal.com]

Гражданка Оксана вновь убедится, что я говорю очень много, однако в словесах моих трудно выделить суть дела, и все же я займу несколько минут вашего внимания, граждане.
Автор романа искусно, хотя и достаточно откровенно направляет наши симпатии по заданному им руслу, в этом отношении коллега J.V. совершенно прав: "Ленски... Мне показалось, что Пушкин набросал эскиз вероятной его судьбы, деградации, ради того, чтобы читателя примирить с нелепым этим убийством, и с его виновником. (https://pere0duchesne.livejournal.com/23138.html?thread=416610#t416610)" К этому можно добавить, что не менее ловко автор внушает нам антипатии, ничем не обоснованные:
...и всех выше
И нос и плечи подымал
Вошедший с нею генерал.
В качестве светского волокиты - пусть это и не первостепенная черта частной жизни автора - он apriori выставляет в невыгодном, карикатурном свете мужа, законного супруга (возможно, здесь есть какие-то отголоски жизненного эпизода с м-ль Мари Раевской и генералом Сергеем Волконским). А ведь этот безымянный (в романе) генерал - почти единственный из "светской тусовки", кто по достоинству оценил Татьяну; следовательно, он человек не такой уж топорный, каким его рисует автор. Явное противоречие исправил либреттист оперы Пьера Чайковски, не только наделив генерала звучным именем, но и позволив ему пропеть несколько строф, наполненных искренним чувством.
Онегин, я скрывать не стану,
Безумно я люблю Татьяну!
Тоскливо жизнь моя текла;
Она явилась и зажгла,
Как солнца луч среди ненастья,
Мне жизнь, и молодость,
Да, молодость, да, молодость и счастье!

Среди лукавых, малодушных,
Шальных, балованных детей,
Злодеев и смешных и скучных,
Тупых, привязчивых судей,
Среди кокеток богомольных,
Среди холопьев добровольных,
Среди вседневных модных сцен,
Учтивых ласковых измен
Среди холодных приговоров
Жестокосердой суеты,
Среди досадной пустоты
Расчетов, дум и разговоров,
Она блистает, как звезда
Во мраке ночи, в небе чистом
И мне является всегда
В сиянье ангела, в сиянье ангела лучистом.

Это - характеристика не одной лишь Татьяны, но и самого князя; через несколько сцен Татьяна повторит почти слово в слово: "вся эта ветошь маскарада..." Я бы сказал, что в оперном либретто супруги Гремины мыслят и чувствуют сходно, они должны быть близки друг другу... Несмотря на то, что у композитора другие планы ) "А вот муж Татьяны, может быть, и имел бы отношение к декабристам. И Татьяна, следовательно, потом за ним, в Сибирь. (https://pere0duchesne.livejournal.com/23138.html?thread=419682#t419682)" (гражданин Марио)

[pere0duchesne.livejournal.com]

А ты говори, говори. Интересно )

[anton-pravdin25.livejournal.com]

Так-так... Линия Вольтер-Пушкин известна. А про Руссо "в рецепции" Пушкина с ходу не припоминаю ничего.

[anton-pravdin25.livejournal.com]

А что не так? Необычный взгляд у коллеги ББ, но все соответствует фактам.

[pere0duchesne.livejournal.com]

да как же?! "Красноречивый сумасброд", "защитник вольности и прав".
Если мне не веришь, проверь Томашевского (http://feb-web.ru/feb/pushkin/isj-abc/isj/isj-2951.htm?cmd=p&istext=1)! )))
"РУССО (Rousseau) Жан-Жак (1712—1778), фр. писатель, философ. Европ. слава Р. как яркого и глубокого мыслителя, одного из властителей умов эпохи быстро дошла до России, где популярности его знаменитого эпистолярного романа «Юлия, или Новая Элоиза» («Julie, ou la Nouvelle Héloïse», 1761) не только не уступал, но даже над нею преобладал интерес к его социально-полит. соч., таким как «Рассуждение... способствовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов» («Discours... sur cette question... Si le rétablissement des sciences et des arts a contribué à épurer les moeurs», 1750), «Рассуждение о начале и основаниях неравенства между людьми» («Discours sur l’origine et les fondements de l’inégalité parmi les hommes», 1755), «Общественный договор» («Du contrat social», 1762) и др. Поставленные Р. и вызвавшие в Европе бурную полемику проблемы отношения к просвещению и науке, природной доброты человека, взаимоотношений народа и власти и др. стали надолго и в России предметами оживленного обсуждения и споров.
П. читал Р. в Лицее. Упоминание его имени в ст-нии «Городок» (1815) рядом с Н. М. Карамзиным (ст. 141), после В. А. Озерова и Ж. Расина, без к.-л. характеристики, свидетельствует о том, что для П.-лицеиста Р. был прежде всего писателем-сентименталистом, гл. обр. автором «Новой Элоизы», к-рая в это время входила и в круг любимых произв. его сестры (см.: «К сестре», 1814, ст. 29). Вместе с тем П. имел представление и о др. соч. Р. В частности, «Общественный договор» служил одним из основных теорет. источников курсов А. П. Куницына «Изображение политических наук» и «Право государственное». Если справедливо предположение, согласно к-рому в ст-нии «Твой и мой» (1813—1817) одним из не названных поименно «философов», «сердитых» на «твой» и «мой», имелся в виду Р. (АН 1900—1929. Т. 1. Примеч. С. 292), то П. было известно по крайней мере одно из основных положений «Рассуждения о начале и основаниях неравенства между людьми». Интерес к социальным идеям Р. проявился у П. в кишиневский период (сент. 1820 — июнь 1823) в обстановке тесного общения с членами Южного об-ва (особенно с В. Ф. Раевским), в чьей среде радикальные воззрения Р. как предтечи Французской революции пользовались большим авторитетом. Пробуждению внимания П. к этой стороне наследия Р. способствовали также в сильной мере подъем революц. движения в Зап. Европе, увлечение поэта героями Байрона, к-рые несли на себе печать руссоизма, выражавшегося в отрицании европ. культуры и цивилизации. Уже в «Кавказском пленнике» (1820—1822) намечено невыгодное для выходца из «цивилизованного» мира противопоставление его человеку «естественному», живущему на лоне природы по патриархальным обычаям. Наиболее полно эта руссоистская мысль отразилась в «Цыганах» (1824), особенно в не вошедшем в основной текст монологе Алеко к сыну (соч. янв. 1825) (Акад. IV, 445—447), где обнаруживаются следы внимательного чтения П. «Исповеди» («Les Confessions», 1766—1769, изд. 1782—1789) Р. Тот же мотив звучит и в посвященных Байрону строках («Судьба людей повсюду та же: Где благо, там уже на страже Иль просвещенье, иль тиран») ст-ния «К морю» (1824).

[pere0duchesne.livejournal.com]

В 1821 П. был увлечен проектом вечного мира Ш.-И. Кастела аббата де Сен-Пьера (Saint-Pierre, 1658—1743; «Projet de paix perpétuelle», 1713—1716. Т. 1—3), с к-рым познакомился по соч. Р. «Суждение о проекте вечного мира» («Jugement sur la paix perpétuelle», соч. 1760) и, м. б., по его же краткому изложению оригинального трактата («Extrait du Projet de paix perpétuelle, de M. L’abbé de Saint-Pierre», 1761). По вопросам, связанным с этим проектом, П. вел горячие споры с М. Ф. Орловым и сделал набросок на фр. яз. своих мыслей («‹О вечном мире›» — Акад. XII, 189—190). В Кишиневе, возможно, читал П. и пьесу Р. «Пигмалион» («Pygmalion», пост. 1770, изд. 1771), к-рую упомянул в черновике письма к Н. И. Гнедичу от 29 апр. 1822 (Акад. XIII, 372). Предполагается (без достаточно убедительной аргументации), что из кн. IV филос.-педагогического романа-трактата «Эмиль, или О воспитании» («Emile, ou de l’éducation», 1762) П. впервые узнал легенду о Клеопатре, давшую ему сюжет, к к-рому он впоследствии обращался неоднократно (ст-ние «Клеопатра», 1824—1830, и др.).
При всем внимании к Р. в кишиневский период адептом руссоизма П. не стал, а с 1823, когда неудачи европ. революций и разгром кишиневской организации декабристов породили у него кризисные настроения и заставили подвергнуть сомнению просветит. основания, на к-рых зиждилась вера в социальные преобразования, характерным для него становится недоверчивое, ироническое отношение к взглядам «защитника вольности и прав» («Евгений Онегин», гл. I, 24. 13). Само это определение употреблено в ироническом контексте, и тут же, параллельно Р. назван «красноречивым сумасбродом». Не согласный с его мнением о том, что поэзия — «самое подлое ремесло» (подлинник по-фр.), П. употребляет фразу: «Руссо не впервой соврал» (письмо к П. А. Вяземскому, март 1823 — Акад. XIII, 59). Уже в «Кавказском пленнике» присутствуют зачатки «антируссоизма» — мысль о невозможности для соврем. человека из «цивилизованного» об-ва освободиться от его законов и обычаев, о бессмысленности бегства от этого об-ва и поисков свободы вне его. В спор с руссоистской концепцией выливаются в конечном итоге «Цыганы». До конца жизни П. сохранял убеждение в том, что фр. философия XVIII в., включая и учение Р., представляла собою явление преходящее, «мысли детские» и «мечты несбыточные» («Александр Радищев», 1836 — Акад. XII, 31). Насмешливо-критическим устойчиво оставалось отношение П. к «соблазнительной» (т. е. развращающей) «Исповеди» (см.: письмо к П. А. Вяземскому от 2-й пол. 1825 — Акад. XIII, 243; «‹О записках Самсона›», 1830 — Акад. XI, 94). В то же время «задумчивый» («О ничтожестве литературы русской», дек. 1833 — дек. 1834 — Акад. XI, 272) Р., без сомнения, имелся в виду в ст-нии «Андрей Шенье» (1825) среди «святых изгнанников», чьи «славны тени» вошли в учрежденный во время Французской революции «бессмертный Пантеон» (ст. 38—39). Профиль Р. (предположительно) был дважды нарисован П. в 1826 на полях черновика «Евгения Онегина», гл. V, 5—6 и 22 (ПД 835, л. 80 об.; ПД 836, л. 49) в окружении (П. И. Пестель, К. Ф. Рылеев, Вольтер, Мирабо, Робеспьер, автопортрет в образе деятеля Французской революции), отражавшем, видимо, размышления о событиях 14 дек. 1825 в контексте европ. истории (Жуйкова. № 731, 732).
В характеристику женских образов своих произв. П. систематически вводит мотив увлечения «Новой Элоизой» (Татьяна Ларина — «Евгений Онегин», гл. II, 29. 3—4; ср. гл. III, 9. 7; Марья Гавриловна из «Метели» — Акад. VIII, 85; Полина из «Рославлева» — Акад. VIII, 150). Письмо Татьяны к Онегину и его к ней несут отзвуки эпистолярных излияний героев этого романа. Высказана гипотеза о существовании связи между «Новой Элоизой» и «Дубровским». Опубликованы якобы сделанные П. выписки из письма Сен-Пре к Юлии (ч. I, письмо 8), к-рые, по предположению А. А. Ахматовой, представляли собою подготовительный материал для письма, личного или в худож. произв. (Весы. 1908. № 1. С. 4, 70; Рукою П. (1935). С. 881—886). Однако сам автограф никто из авторитетных пушкинистов не видел, его подлинность ставилась под сомнение, а суждения в ее пользу, основывающиеся исключительно на косвенных признаках по фототипической публ., не могут считаться убедительными."

[pere0duchesne.livejournal.com]

Так я же его и поощряю )