Олар шагает впереди
May. 22nd, 2023 11:34 pm![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
caffe-junot.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
aurora_caffeЕще один "кирпич" почти в 900 страниц. Орфография дореформенная, мы только предисловия, оглавление и заключение (в комментариях) привели к современному виду.
Без картинков ;)
Альфонс Франсуа Олар
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ДЕМОКРАТИИ И РЕСПУБЛИКИ
1788 - 1804
Издание 2-ое
Издание С.СКИРМУНТА
перевод с французского Надежды Владимировны Кончевской (урожд. Скарятиной - о ней пару ссылок приведу в комментариях)
скачать с облака
Мне было приятно узнать, что образованная русская публика настолько интересуется историей французской революции, что готова прочесть большую книгу, в которой изложена только одна часть этой истории и при том довольно сухо.
Я желал бы, чтобы мои русские читатели не забывали, что это не вся история революции, что это даже не полная политическая ее история, а лишь картина тех превратностей, через которые прошли республиканская и демократическая партии во Франции в эпоху революции и консулата. Даже политическую организацию Франции в период конституционной монархии 1789—92 г. следовало бы еще изучить подробнее.
Русская публика достаточно знакома с вопросом об историческом методе, чтобы мне надо было развивать здесь то, что я говорю в моем предисловии к французскому изданию относительно способа, каким я должен был применять этот метод. Я прибавлю, однако, что лишь очень недавно во Франции образовалась группа писателей и профессоров, которые стараются заменить в области новейшей и современной истории старую школу, называемую литературной—школу, видевшую, например, в истории французской революции прежде всего удобный случай для назидательной проповеди или для интересного рассказа, — школою, которую они называют, быть может несколько претенциозно, научною. Настаивая на тех фактах, которые очевидно и несомненно оказывали известное влияние, и оставляя в тени все остальные, мы желали выяснить объективно главнейшие стороны эволюции французского общества в тот критический период насильственного преобразование, который называется революцией. Если, против нашего желание и незаметно для нас, в наше изложение проскользнули эпитеты или фразы, противоречащие такому взгляду, вина этого в нашем первоначальном воспитании чисто литературного характера, — воспитании, от которого нам так трудно было отделаться.
Во всяком случае, эта книга — не партийное сочинение.
В этой политической истории французской революции я задаюсь целью показать, как применялись на практике принципы Декларации Прав в период от 1789 до 1804 года, как осуществлялись они в учреждениях, истолковывались в речах, в печати, в действиях различных партий, в тех или других проявлениях общественного мнение. Всего чаще, при выработке нового политического строя, делались ссылки на следующие два из этих основных принципов: политическую равноправность и верховную власть народа. С исторической точки зрение, это — наиболее существенные принципы французской революции; но они различно понимались и различно применялись в различные ее периоды. Рассказ об этих видоизменениях и составляет главный предмет предлагаемой книги.
Другими словами, я хочу рассказать политическую историю французской революции с точки зрение происхождение и развитие демократии и республики.
Логическим последствием принципа равноправности является демократия; логическим последствием принципа верховной власти народа является республика. Оба эти последствие были выведены не сразу. Вместо демократии, люди 1789 года установили буржуазный порядок, основанный на имущественном цензе; вместо республики они организовали ограниченную монархию. Только 10 августа 1792 года, путем признание всеобщего избирательного права, французы установили у себя демократический строй; только 22 сентября 1792 года, уничтожив монархию, они установили республику. Относительно республиканской формы правление можно сказать, что она существовала до 1804 года, т.е. до тех пор, пока правительство республики не было вручено императору; что же касается демократии, то она была упразднена еще в 1795 году, при введении конституции Пи года; во всяком случае она потерпела тогда глубокое изменение, благодаря сочетанию всеобщего избирательного права с избирательным правом, основанным на цензе. Сначала у народа потребовали отречение от своих прав в пользу одного буржуазного класса; этот буржуазный порядок характеризует собою период Директории. Затем потребовали у народа отречение от своих прав в пользу одного человека, Наполеона Бонапарта; это был период плебисцитарной республики, период Консулата.
Таким образом история демократии и республики за все время французской революции естественно разделяется на четыре периода:
От 1789 до 1792 года, происхождение демократии и республики, т.е. возникновение демократической и республиканской партий при господстве избирательного ценза и конституционной монархии.
От 1792 до 1795 года, период демократической республики.
От 1795 до 1799 года, период буржуазной республики.
От 1799 до 1804 года, период плебисцитарной республики.
Эти перемены в политическом строе Франции проявлялись
во множестве событий, совершавшихся при очень сложных обстоятельствах. «Мы прожили шесть столетий в течение шести лет», сказал Буасси д’Англа в 1795 году. В самом деле, так как старый порядок не мог быть преобразован мирным и медленным путем, то оказалось необходимым прибегнуть к насильственному и быстрому перевороту и произвести почти одновременно целый ряд разрушительных, реформаторских и созидательных актов, которые, при нормальном ходе вещей, более соответствующем. историческому прошлому Франции и примерам других стран, потребовали бы значительного числа лет. Сложность окружающих обстоятельств еще более умножила и перепутала между собой это огромное число событий, совершившихся в такое короткое время; а эта сложность обусловилась тем, что французская революция одновременно с выработкой своей внутренней организации должна была выдерживать непрерывную внешнюю войну почти со всей Европой, войну опасную, исполненную неожиданностей и быстро сменявшихся перипетий, а затем, кроме этой внешней войны, еще и перемежавшуюся гражданскую войну. Условие внешней и внутренней войны придали развитию и применению принципов 1789 года, особенно с 1792 года, характер лихорадочной торопливости, импровизации, непоследовательности, насилие и слабости. Попытки установление демократической республики происходили в обстановке военного лагеря, под влиянием побед или поражений, среди паники, вызванной внезапным нашествием, или же в порыве восторга после совершенного завоевание. Приходилось одновременно вести рациональную законодательную работу в виду будущего, в виду мирного времени, и издавать законы эмпирическим путем в виду настоящего, в виду потребностей войны. Обе эти цели перемешивались в умах и в действительности. Не было ни единства плана, ни однообразие в методе, ни логической последовательности в различных перестройках политического здание.
Как ни перепутано, однако, между собой это огромное количество событий, а также попутных или шедших им навстречу обстоятельств, можно все-таки без большого труда заметить среди них известную хронологическую последовательность, выделить главнейшие периоды, следовавшие один за другим, наметить общий ход событий. Гораздо труднее выбрать из всей этой массы фактов такие, которые необходимо было бы рассказать. Если в самой политике деятелей революционной эпохи не было сколько-нибудь уловимого плана или метода, то тем труднее историку выработать этот план или метод для выбора тех отдельных штрихов, из которых должна составиться картина такой сложной и менявшейся действительности. Тем не менее нам все-таки легче разобраться в ней, чем было современникам, действовавшим в потемках, не знавшим грядущих результатов, дальнейшего хода драмы, и (как, без сомнения, это случается и с нами теперь) считавшим незначительные факты важными, а важные факты не имевшими значение. Правда, знание результатов еще не дает нам непогрешимого критерия для классификации событий, так как эти результаты еще не окончательные, и революция 1789 года еще продолжается до сих пор, хотя под другой формой и при других условиях; но мы по крайней мере видим частичные результаты, уже закончившиеся периоды и общий ход развитие, позволяющий нам отделить эфемерное от прочного, событие, оставившие следы во французской истории, от тех, которые не имели никаких последствий.
Итак, мы должны выделить и наиболее осветить те факты, которые оказали очевидное и прямое влияние на политическую эволюцию Франции. К таким фактам относятся: политические учреждение, система избирательного ценза и монархический режим, всеобщее избирательное право, конституция 1793 года, революционное правительство, конституция III года, конституция VIII года, идейное движение, подготовившее, установившее и видоизменявшее все эти учреждение; политические партии, их стремление и их распри, главнейшие течение общественного мнения, перевороты в умах общества, выборы, плебисциты, борьба нового духа с духом прошлого, новых сил с силами старого порядка, светского духа с клерикальным, рационального принципа свободного исследования с католическим принципом авторитета. Вот в чем состояла по преимуществу политическая жизнь тогдашней Франции.
Были и другие факты, также имевшие свое влияние, но уже менее непосредственное; таковы, например, войны, дипломатические и финансовые акты. Мы не должны терять их из вида, но нам достаточно знать их лишь в их общих чертах и в их результатах. Победа при Вальми, известие о которой пришло в момент установление республики, облегчила это установление, так как повела за собою отступление пруссаков. Если вам будет известно это последствие знаменитой канонады, то вы будете знать все необходимое для того, чтобы понять соответствующую часть современной политической истории, и мне нет надобности набрасывать перед вами картину военных операций Дюмурье. Базельский мир 1795 года ускорил во Франции установление нормального внутреннего порядка; и нам достаточно будет знать этот общий результат, не входя в подробности переговоров или статей трактата. Потеря доверие к ассигнациям и ажиотаж создали материальные условие и умственное настроение, породившие два народных восстание в жерминале и прериале III года; но, чтобы понять это политическое последствие, нам нет надобности углубляться в лабиринт финансов революционной эпохи.
Вследствие этого я оставляю в стороне военную, дипломатическую и финансовую историю французской революции. Я не скрываю от себя, что такая абстракция может показаться опасной и что я навлекаю на себя упрек в извращении истории путем ее урезывания. Но всякая попытка написать историю неизбежно представляет собою абстракцию: ретроспективное усилие ума может охватить только часть бесконечной и сложной действительности. Говорить только об одном периоде, а в этом периоде только об одной Франции, при чем из всей революции говорить только об одной ее политической стороне есть уже абстракция. Но я старался по крайней мере хорошо выяснить те событие, которые необходимы для ознакомления с этой политической стороной; если бы я захотел выяснить также и те событие, которые оказывали только косвенное влияние, то мне пришлось бы уменьшить место и время, которые я мог бы посвятить необходимым фактам. В области истории нет такой книги, которой одной было бы достаточно для читателя. Моя книга, как и все остальные, предполагает и требует прочтение других.
Вот каким путем я выбирал факты. Теперь несколько слов о том, в каком порядке я излагал их.
Хронологический порядок являлся обязательным, и я мог строго следовать ему почти во всей первой части этого труда. Действительно, по отношению к промежутку времени от 1789 до 1792 года мне приходилось просто рассказывать о всех проявлениях демократических и республиканских идей, по мере того как они встречались, помещая их в рамки сначала конституционной монархии, а затем буржуазного порядка. Но что касается остальных трех периодов, демократической, буржуазной и плебисцитарной республик, то было бы трудно излагать одновременно в той же самой хронологической последовательности как историю политических учреждений, так борьбу партий и все метаморфозы общественного мнение; это значило бы внести в рассказ ту же путаницу, какая существовала в самой действительности, особенно в период демократической республики. Я счел нужным излагать поочередно, одно за другим, каждое из этих проявлений той же самой политической жизни, как бы в виде нескольких параллельных хронологических серий. Я знаю хорошо, что колебание общественного мнение и видоизменение политических учреждений тесно связаны между собою и находятся в постоянном соотношении; поэтому я указываю на эту связь всякий раз, когда это представляется необходимым. Я старался показать, что все эти разнообразные явление отделены одно от другого только в моей книге, а не в действительности, что это различные стороны одной и той же эволюции. В таких случаях я не боялся повторяться и эти повторение, быть может, исправляют то, что есть обманчивого в том множестве абстракций, с которым я вынужден был примириться, потому что это необходимое условие, которое одно позволяет придать рассказу ту ясность, какой не бывает в действительности, а особенно потому, что даже для того, чтобы выяснить последовательный ход событий, необходимо рассматривать факты не отдельно, а целыми группами.
Если читатели не будут вполне удовлетворены ни моим методом, ни моим планом, то я надеюсь по крайней мере доставить им полную гарантию по отношению к тому, что касается документальной стороны моего сочинение, гарантию, обусловленную самым характером избранного мною предмета. Я хочу сказать, что в данном случае у читателя не может возникать сомнений относительно того, была ли у меня материальная возможность познакомиться со всеми главнейшими источниками. Между тем этого нельзя было бы сказать, если бы дело шло о других предметах. Так, например, экономическая и социальная сторона французской революции разбросана в таком количестве источников, что в настоящее время невозможно в течение одной человеческой жизни познакомиться со всеми ними или даже с главнейшими из них. Тот, кто захотел бы один написать всю эту историю, мог бы основательно изучить только некоторые части ее, а по отношению к целому должен был бы удовольствоваться поверхностным очерком, почерпнутым из вторых или третьих рук. Что касается политической истории, то, в рамках избранных мною фактов, возможно и для одного человека, в течение двух десятков лет, перечесть все законы революционной эпохи, все влиятельные газеты того времени, переписку, прение, политические речи, протоколы выборов и биографию лиц, игравших какую-нибудь роль. Но вот уже немного более двадцати лет, как я предпринял это чтение. Я начал его в 1879 году с изучение речей ораторов, а затем в течение пятнадцати лет, читая лекции в Сорбонне, изучал политические учреждение, политические партии и жизнь всех великих людей революционной эпохи. Таким образом я имел необходимое время для того, чтобы исследовать все источники, относящиеся к моему предмету. Хотя форма этой книги может отзываться иногда импровизацией, но мои исследования были очень медленны и, как я надеюсь, в общем полны. Я не думаю, чтобы я упустил хоть один важный источник или высказал хоть одно утверждение, не извлеченное непосредственно из документов.
Мне остается сказать об этих источниках.
Я не перечисляю их в форме библиографического указателя; но они все упомянуты мною или в тексте, или в подстрочных примечаниях.
Для того чтобы свидетельство было достойно доверие, недостаточно, чтобы оно исходило от современника: необходимо еще, чтобы оно было высказано в тот самый момент, к которому относится происшествие, или очень скоро после того, при полной свежести воспоминание.
Таким образом я предпочитал мемуарам переписку и газеты.
Я мог бы сказать еще многое об источниках, но мне не раз случалось характеризовать их несколькими словами в подстрочных примечаниях; наконец, по самому способу, каким я пользуюсь тем или другим источником, читатель, без сомнения, будет в состоянии судить о моем отношении к каждому из них.
Что касается до того настроение, в каком находился автор в то время, как писал эту книгу, то я скажу только, что желал, по мере моих сил, исполнять функцию историка, а не защищать какой-нибудь тезис. Я имею претензию думать, что на мой труд можно смотреть как на образчик применение исторического метода к изучению эпохи, извращенной страстями и легендами.
А. Олар.
Предисловие автора к русскому (первому) изданию
Предисловие
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Происхождение демократии и республики. 1789—1792
ГЛАВА I. Республиканская и демократическая идея до революции
Во Франции не существовало республиканской партии. Монархические взгляды: 1) умерших знаменитостей: Монтескьё, Вольтера, д’Аржансона, Дидро, Гольбаха, Гельвеция, Руссо, Мабли; 2) влиятельных и известных современников: Рейналя, Кондорсе, Мирабо, Сиейса, д’Антрега, Лафайета, Камилла Демулена
II. Стремление писателей ввести в монархию республиканские учреждение
III. Ослабление монархии; оппозиция парламентов
IV. Парламенты мешают преобразованию абсолютной монархии; они препятствуют учреждению провинциальных собраний
V. Влияние Англии и Америки
VI. В какой степени писатели того времени были демократами?
VII. Демократическое и республиканское настроение умов
ГЛАВА II. Республиканская и демократическая идея в начале революции
Созыв генеральных штатов; наказы
II. Возникновение Национального Собрание
III. Взятие Бастилии и муниципальная революция
IV. Декларация прав
V. Логические последствие этой декларации
ГЛАВА III. Буржуазия и демократия. 1789—1790
I. Из Декларации прав не были извлечены ни все ее социальные, ни все ее политические последствие. В эту эпоху еще не было ни социалистов, ни республиканцев
II. Организация монархии
III. Организация буржуазии в привилегированный класс. Избирательный ценз
IV. Демократическое движение
V. Применение на практике системы избирательного ценза
V. Усиление демократических требований
ГЛАВА IV. Возникновение демократической и республиканской партий. 1790-1791
I. Демократическая партия
II. Федерация
III. Первоначальная республиканская партия; газета и салон госпожи Робер
IV. Первые проявление социализма
V. Феминизм. Братские общества обоих полов
VI. Агитация против буржуазного порядка
VII. Республиканские манифестации с декабря 1790 г. по июнь 1791 г.
VIII. Гуманитарная политика
IX. Заключение
ГЛАВА V. Бегство в Варенн и республиканское движение. 21 июня — 17 июля 1791 г.
I. Характер Людовика XVI. Историческое значение бегства в Варенн
II. Настроение Учредительного Собрание
III. Настроение Парижа. Народы секции, клубы, печать
IV. Возвращение короля наносит удар республиканской партии
V. Полемика по вопросу о республике или монархии. Сиейес, Кондорсе
VI. Республиканское движение в провинции
VII. Демократы и резня на Марсовом поле
ГЛАВА VI. Республиканцы и демократы после события на Марсовом поле
I. Раскол и реакция после событий 17 июля 1791 г.
II. Буржуазная система принимает более резкий характер
III. Учредительное Собрание закрывает все пути для демократии и республики
IV. Восстановление королевской власти
ГЛАВА VII. С момента созыва Законодательного Собрание до 20 июня 1702 года
I. Выборы в Законодательное Собрание и временное отречение демократической и республиканской партий
II. Первые акты и первоначальная политика Законодательного Собрание
III. Общественное мнение
IV. Политика короля. Объявление войны Австрии. Ссора Собрание с королем
V. Антиреспубликанская политика Робеспьера
VI. День 20 июня 1792 г.
VII. Последствие этого дня
ГЛАВА VIII. Событие, подготовившие низложение Людовика XVI
I. Мера, принятая Законодательным Собранием против королевской власти
II. Общественное настроение во Франции в июле—августе 1792 г.
III. Федералисты
IV. Парижские газеты и республиканизм
V. Агитация в секциях
VI. Настроение Законодательного Собрание
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Демократическая республика. 1792—1795
ГЛАВА I. Падение трона и учреждение демократии
I. Отрешение от власти Людовика XVI
II. Организация исполнительной власти. Революционная Коммуна
III. Всеобщее избирательное право
ГЛАВА II. Эволюция политических идей в период времени с 10 августа по 22 сентября 1792 года
I. Провинциальная Франция примыкает к революции 10 августа
II. Движение против Людовика XVI и королевской власти
III. Поведение Законодательного Собрание
IV. Настроение парижского народа
V. Газеты и памфлеты
VI. Парижские выборы в Конвент
VII. Клуб якобинцев
VIII. Республиканское движение в провинции
IX. Выборы депутатов в Конвент
X. Республиканское движение во время этих выборов
XI. Проекты пригласить другого короля
XII. Планы организации республики
ГЛАВА III. Установление республики
I. Упразднение королевской власти (21 сентября 1792 г.)
II. Провозглашение республики (22 сентября 1792 г.)
III. Как встретило общественное мнение это провозглашение
ГЛАВА IV. Конституция 1793 года
I. Проект Кондорсе
II. Общественное мнение
III. Прение в Конвенте по поводу проекта Кондорсе
IV. Проект Эро де-Сешелля
V. Обсуждение и принятие этого проекта
VI. Общий характер конституции
VII. Утверждение конституции путем плебисцита
VIII. Отсрочка этой конституции
ГЛАВА V. Революционное правительство до 9 термидора
I. Определение революционного правительства
II. Временный Исполнительный Совет и исполнительная комиссия
III. Национальный Конвент; его организация и функционирование
IV. Комитет Общественной Безопасности. Комитет национальной Охраны. Комитет Общественного Спасение
V. Народные представители, отправляемые с миссиями
VI. Народные клубы. Революционные комитеты
VII. Декрет 14 фримера II года
VIII. Террор. Положение печати. Революционный Трибунал. Террористические законы
IX. Общий характер революционного правительства
ГЛАВА VI. Мнение и партии. Роялизм до 9 термидора
I. Роялизм во Франции в начале республики
II. Роялизм в восставших областях: Вандее, Лионе, Тулоне. Роль графа Прованского
III. Роялизм в невосставших областях
ГЛАВА VII. Мнение и партии. Жирондисты, монтаньяры, дантонисты. С сентября 1792 г. по июль 1793 г.
I. Организация жирондистской партии
II. Ее политическая программа
III. Ее вожди
IV. Организация и программа монтаньярской партии
V. Ее вожди
VI. Столкновение этих двух партий
VII. Падение Дантона
ГЛАВА VIII. Мнение и партии. Гора после победы. Робеспьер, Эбер, Дантон.
С июля 1793 г. по жерминаль II года
I. Федерализм
II. Монтаньярская Франция
III. Социализм
IV. Эбертисты и дантонисты
ГЛАВА IX. Религиозная политика до 9 термидора
I. Сохранение гражданского устройства духовенства. Закон против непокорных священников
II. Упразднение христианства. Культ Разума
III. Религиозная политика Комитета Общественного Спасение. Устойчивость католицизма
IV. Культ Верховного Существа и Робеспьер
ГЛАВА X. Революция 9 термидора
I. Причины падение Робеспьера
II. Событие 8 и 9 термидора II года
III. Восстание и поражение парижской коммуны и сторонников Робеспьера
ГЛАВА XI. Упадок революционного правительства после 9 термидора
I. Термидоровская реакция
II. Удержание революционного правительства
III. Реорганизация центральной власти. Административная децентрализация
IV. Эмиссары Конвента. Народные клубы. Революционные комитеты
V. Парижская коммуна
VI. Национальная гвардия
VII. Революционный трибунал. Отмена различных террористических законов
VIII. Законы о печати
IX. Общие черты упадка революционного правительства
ГЛАВА XII. Мнение, партии и религиозная политика после 9 термидора
I. Термидоровцы правой и термидоровцы левой стороны. Возвращение в Конвент жирондистов
II. Перемены в нравах
III. Реакция против террора и террористов
IV. Событие жерминаля и прериаля
V. Белый террор
VI. Роялизм. 13 вандемьера
VII. Религиозная политика. Отделение церкви от государства
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Буржуазная республика 1795—1799
ГЛАВА I. Конституция III года
I. Общественное мнение и предварительные прения
II. Отмена всеобщего избирательного права
III. Восстановление системы ценза
IV. Прение по поводу системы ценза
V. Организация законодательной власти
VI. Организация исполнительной власти
VII. Административная и муниципальная организация
VIII. Декларация прав
IX. Общий характер конституции
X. Главнейшие органические избирательные законы
XI. Плебисцит
XII. Введение конституции в действие
ГЛАВА II. Применение конституции III года
I. Общий характер этого периода
II. Избирательная система: выбор депутатов
III. Избирательная система: выбор должностных лиц
IV. Законодательный Корпус: Совет Пятисот и Совет Старейших
V. Исполнительная Директория и министры
VI. Комиссары Директории. Административная централизация
VII. Клубы
VIII. Отношение к периодической печати
ГЛАВА III. Мнение, партии и религиозная политика до 18 фруктидора
I. Различные формулы присяг и политические партии
II. Буржуазные или правительственные республиканцы
III. Демократы. Бабёф и бабувизм
IV. Роялисты
V. Религиозная политика, народные празднества; теофилантропия
VI. Религиозная политика, католицизм
VII. Государственный переворот 18 фруктидора
ГЛАВА IV. Религиозная политика, мнения и партии после 18 фруктидора
I. Религиозная политика: католицизм
II. Религиозная политика: празднование декад, теофилантропия
III. Роялизм
IV. Правительственные республиканцы и республиканцы-демократы. Закон 22 флореаля VI года (11 мая 1798 г.)
V. Оппозиция Директории. День 30 прериаля VII года (18 июня 1799 г.)
VI. Появление вновь террора
VII. Появление вновь якобинцев
ГЛАВА V. Падение Исполнительной Директории
I. Общие причины государственного переворота 18 брюмера
II. Популярность Наполеона Бонапарта. Его возвращение из Египта
III. Подготовление государственного переворота
IV. День 18 брюмера
V. День 19 брюмера
VI. Упразднение и замена Директории
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Плебисцитарная республика 1799-1804
ГЛАВА I. Временный Консулат и конституция VIII года
I. 18 брюмера и общественное мнение
II. Политика временных консулов
III. Редактирование конституции VIII года
IV. Анализ этой конституции
V. Плебисцит по вопросу об ее утверждении
ГЛАВА II. Десятилетний Консулат
I. Организация общественных властей
II. Положение печати
III. Административная организация
IV. Новые нравы
V. Влияние победы при Маренго на внутренние дела. Покушение, проскрипции, усиление деспотизма
ГЛАВА III. Религиозная политика
I. Система отделение церкви от государства при Консулате. Культ десятого дня декады. Теофилантропия
II. Две категории католиков
III. Общие результаты системы отделение церкви от государства
IV. Причины отмены этой системы
V. Конкордат
VI. Его практическое применение
VII. Новые преимущества, дарованные римской церкви
ГЛАВА IV. Пожизненный Консулат
I. Плебисцит X года
II. Органический сенатус-консульт 16 термидора X года (4 августа 1802 г.)
III. Возврат к монархическим формам
IV. Республиканская оппозиция. Военные заговоры. Бонапартизм рабочих
V. Роялизм
VI. Заговоры действительные или воображаемые: Кадудаль, Пишегрю и Моро; герцог Энгиенский
VII. Установление империи
VIII. Органический сенатус-консульт 28 флореаля XII года (18 мая 1804 г.),
IX. Исчезновение республики
X. Общие замечание о французской революции
UPD По советам коллег![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
bb1755 и eleonored
добавляю ссылки:
издание книги А.Олара 1938 года, современная орфография и предисловие
издание на языке оригинала, 1901 год
на сайте Национальной Библиотеки Франции
на архив.орг
#ВеликаяФранцузскаяРеволюция, #библиотекаViveLiberta, #библиотекаИстМат, #скачатьбесплатно
Без картинков ;)
Альфонс Франсуа Олар
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ДЕМОКРАТИИ И РЕСПУБЛИКИ
1788 - 1804
Издание 2-ое
Издание С.СКИРМУНТА
перевод с французского Надежды Владимировны Кончевской (урожд. Скарятиной - о ней пару ссылок приведу в комментариях)
скачать с облака
Мне было приятно узнать, что образованная русская публика настолько интересуется историей французской революции, что готова прочесть большую книгу, в которой изложена только одна часть этой истории и при том довольно сухо.
Я желал бы, чтобы мои русские читатели не забывали, что это не вся история революции, что это даже не полная политическая ее история, а лишь картина тех превратностей, через которые прошли республиканская и демократическая партии во Франции в эпоху революции и консулата. Даже политическую организацию Франции в период конституционной монархии 1789—92 г. следовало бы еще изучить подробнее.
Русская публика достаточно знакома с вопросом об историческом методе, чтобы мне надо было развивать здесь то, что я говорю в моем предисловии к французскому изданию относительно способа, каким я должен был применять этот метод. Я прибавлю, однако, что лишь очень недавно во Франции образовалась группа писателей и профессоров, которые стараются заменить в области новейшей и современной истории старую школу, называемую литературной—школу, видевшую, например, в истории французской революции прежде всего удобный случай для назидательной проповеди или для интересного рассказа, — школою, которую они называют, быть может несколько претенциозно, научною. Настаивая на тех фактах, которые очевидно и несомненно оказывали известное влияние, и оставляя в тени все остальные, мы желали выяснить объективно главнейшие стороны эволюции французского общества в тот критический период насильственного преобразование, который называется революцией. Если, против нашего желание и незаметно для нас, в наше изложение проскользнули эпитеты или фразы, противоречащие такому взгляду, вина этого в нашем первоначальном воспитании чисто литературного характера, — воспитании, от которого нам так трудно было отделаться.
Во всяком случае, эта книга — не партийное сочинение.
В этой политической истории французской революции я задаюсь целью показать, как применялись на практике принципы Декларации Прав в период от 1789 до 1804 года, как осуществлялись они в учреждениях, истолковывались в речах, в печати, в действиях различных партий, в тех или других проявлениях общественного мнение. Всего чаще, при выработке нового политического строя, делались ссылки на следующие два из этих основных принципов: политическую равноправность и верховную власть народа. С исторической точки зрение, это — наиболее существенные принципы французской революции; но они различно понимались и различно применялись в различные ее периоды. Рассказ об этих видоизменениях и составляет главный предмет предлагаемой книги.
Другими словами, я хочу рассказать политическую историю французской революции с точки зрение происхождение и развитие демократии и республики.
Логическим последствием принципа равноправности является демократия; логическим последствием принципа верховной власти народа является республика. Оба эти последствие были выведены не сразу. Вместо демократии, люди 1789 года установили буржуазный порядок, основанный на имущественном цензе; вместо республики они организовали ограниченную монархию. Только 10 августа 1792 года, путем признание всеобщего избирательного права, французы установили у себя демократический строй; только 22 сентября 1792 года, уничтожив монархию, они установили республику. Относительно республиканской формы правление можно сказать, что она существовала до 1804 года, т.е. до тех пор, пока правительство республики не было вручено императору; что же касается демократии, то она была упразднена еще в 1795 году, при введении конституции Пи года; во всяком случае она потерпела тогда глубокое изменение, благодаря сочетанию всеобщего избирательного права с избирательным правом, основанным на цензе. Сначала у народа потребовали отречение от своих прав в пользу одного буржуазного класса; этот буржуазный порядок характеризует собою период Директории. Затем потребовали у народа отречение от своих прав в пользу одного человека, Наполеона Бонапарта; это был период плебисцитарной республики, период Консулата.
Таким образом история демократии и республики за все время французской революции естественно разделяется на четыре периода:
От 1789 до 1792 года, происхождение демократии и республики, т.е. возникновение демократической и республиканской партий при господстве избирательного ценза и конституционной монархии.
От 1792 до 1795 года, период демократической республики.
От 1795 до 1799 года, период буржуазной республики.
От 1799 до 1804 года, период плебисцитарной республики.
Эти перемены в политическом строе Франции проявлялись
во множестве событий, совершавшихся при очень сложных обстоятельствах. «Мы прожили шесть столетий в течение шести лет», сказал Буасси д’Англа в 1795 году. В самом деле, так как старый порядок не мог быть преобразован мирным и медленным путем, то оказалось необходимым прибегнуть к насильственному и быстрому перевороту и произвести почти одновременно целый ряд разрушительных, реформаторских и созидательных актов, которые, при нормальном ходе вещей, более соответствующем. историческому прошлому Франции и примерам других стран, потребовали бы значительного числа лет. Сложность окружающих обстоятельств еще более умножила и перепутала между собой это огромное число событий, совершившихся в такое короткое время; а эта сложность обусловилась тем, что французская революция одновременно с выработкой своей внутренней организации должна была выдерживать непрерывную внешнюю войну почти со всей Европой, войну опасную, исполненную неожиданностей и быстро сменявшихся перипетий, а затем, кроме этой внешней войны, еще и перемежавшуюся гражданскую войну. Условие внешней и внутренней войны придали развитию и применению принципов 1789 года, особенно с 1792 года, характер лихорадочной торопливости, импровизации, непоследовательности, насилие и слабости. Попытки установление демократической республики происходили в обстановке военного лагеря, под влиянием побед или поражений, среди паники, вызванной внезапным нашествием, или же в порыве восторга после совершенного завоевание. Приходилось одновременно вести рациональную законодательную работу в виду будущего, в виду мирного времени, и издавать законы эмпирическим путем в виду настоящего, в виду потребностей войны. Обе эти цели перемешивались в умах и в действительности. Не было ни единства плана, ни однообразие в методе, ни логической последовательности в различных перестройках политического здание.
Как ни перепутано, однако, между собой это огромное количество событий, а также попутных или шедших им навстречу обстоятельств, можно все-таки без большого труда заметить среди них известную хронологическую последовательность, выделить главнейшие периоды, следовавшие один за другим, наметить общий ход событий. Гораздо труднее выбрать из всей этой массы фактов такие, которые необходимо было бы рассказать. Если в самой политике деятелей революционной эпохи не было сколько-нибудь уловимого плана или метода, то тем труднее историку выработать этот план или метод для выбора тех отдельных штрихов, из которых должна составиться картина такой сложной и менявшейся действительности. Тем не менее нам все-таки легче разобраться в ней, чем было современникам, действовавшим в потемках, не знавшим грядущих результатов, дальнейшего хода драмы, и (как, без сомнения, это случается и с нами теперь) считавшим незначительные факты важными, а важные факты не имевшими значение. Правда, знание результатов еще не дает нам непогрешимого критерия для классификации событий, так как эти результаты еще не окончательные, и революция 1789 года еще продолжается до сих пор, хотя под другой формой и при других условиях; но мы по крайней мере видим частичные результаты, уже закончившиеся периоды и общий ход развитие, позволяющий нам отделить эфемерное от прочного, событие, оставившие следы во французской истории, от тех, которые не имели никаких последствий.
Итак, мы должны выделить и наиболее осветить те факты, которые оказали очевидное и прямое влияние на политическую эволюцию Франции. К таким фактам относятся: политические учреждение, система избирательного ценза и монархический режим, всеобщее избирательное право, конституция 1793 года, революционное правительство, конституция III года, конституция VIII года, идейное движение, подготовившее, установившее и видоизменявшее все эти учреждение; политические партии, их стремление и их распри, главнейшие течение общественного мнения, перевороты в умах общества, выборы, плебисциты, борьба нового духа с духом прошлого, новых сил с силами старого порядка, светского духа с клерикальным, рационального принципа свободного исследования с католическим принципом авторитета. Вот в чем состояла по преимуществу политическая жизнь тогдашней Франции.
Были и другие факты, также имевшие свое влияние, но уже менее непосредственное; таковы, например, войны, дипломатические и финансовые акты. Мы не должны терять их из вида, но нам достаточно знать их лишь в их общих чертах и в их результатах. Победа при Вальми, известие о которой пришло в момент установление республики, облегчила это установление, так как повела за собою отступление пруссаков. Если вам будет известно это последствие знаменитой канонады, то вы будете знать все необходимое для того, чтобы понять соответствующую часть современной политической истории, и мне нет надобности набрасывать перед вами картину военных операций Дюмурье. Базельский мир 1795 года ускорил во Франции установление нормального внутреннего порядка; и нам достаточно будет знать этот общий результат, не входя в подробности переговоров или статей трактата. Потеря доверие к ассигнациям и ажиотаж создали материальные условие и умственное настроение, породившие два народных восстание в жерминале и прериале III года; но, чтобы понять это политическое последствие, нам нет надобности углубляться в лабиринт финансов революционной эпохи.
Вследствие этого я оставляю в стороне военную, дипломатическую и финансовую историю французской революции. Я не скрываю от себя, что такая абстракция может показаться опасной и что я навлекаю на себя упрек в извращении истории путем ее урезывания. Но всякая попытка написать историю неизбежно представляет собою абстракцию: ретроспективное усилие ума может охватить только часть бесконечной и сложной действительности. Говорить только об одном периоде, а в этом периоде только об одной Франции, при чем из всей революции говорить только об одной ее политической стороне есть уже абстракция. Но я старался по крайней мере хорошо выяснить те событие, которые необходимы для ознакомления с этой политической стороной; если бы я захотел выяснить также и те событие, которые оказывали только косвенное влияние, то мне пришлось бы уменьшить место и время, которые я мог бы посвятить необходимым фактам. В области истории нет такой книги, которой одной было бы достаточно для читателя. Моя книга, как и все остальные, предполагает и требует прочтение других.
Вот каким путем я выбирал факты. Теперь несколько слов о том, в каком порядке я излагал их.
Хронологический порядок являлся обязательным, и я мог строго следовать ему почти во всей первой части этого труда. Действительно, по отношению к промежутку времени от 1789 до 1792 года мне приходилось просто рассказывать о всех проявлениях демократических и республиканских идей, по мере того как они встречались, помещая их в рамки сначала конституционной монархии, а затем буржуазного порядка. Но что касается остальных трех периодов, демократической, буржуазной и плебисцитарной республик, то было бы трудно излагать одновременно в той же самой хронологической последовательности как историю политических учреждений, так борьбу партий и все метаморфозы общественного мнение; это значило бы внести в рассказ ту же путаницу, какая существовала в самой действительности, особенно в период демократической республики. Я счел нужным излагать поочередно, одно за другим, каждое из этих проявлений той же самой политической жизни, как бы в виде нескольких параллельных хронологических серий. Я знаю хорошо, что колебание общественного мнение и видоизменение политических учреждений тесно связаны между собою и находятся в постоянном соотношении; поэтому я указываю на эту связь всякий раз, когда это представляется необходимым. Я старался показать, что все эти разнообразные явление отделены одно от другого только в моей книге, а не в действительности, что это различные стороны одной и той же эволюции. В таких случаях я не боялся повторяться и эти повторение, быть может, исправляют то, что есть обманчивого в том множестве абстракций, с которым я вынужден был примириться, потому что это необходимое условие, которое одно позволяет придать рассказу ту ясность, какой не бывает в действительности, а особенно потому, что даже для того, чтобы выяснить последовательный ход событий, необходимо рассматривать факты не отдельно, а целыми группами.
Если читатели не будут вполне удовлетворены ни моим методом, ни моим планом, то я надеюсь по крайней мере доставить им полную гарантию по отношению к тому, что касается документальной стороны моего сочинение, гарантию, обусловленную самым характером избранного мною предмета. Я хочу сказать, что в данном случае у читателя не может возникать сомнений относительно того, была ли у меня материальная возможность познакомиться со всеми главнейшими источниками. Между тем этого нельзя было бы сказать, если бы дело шло о других предметах. Так, например, экономическая и социальная сторона французской революции разбросана в таком количестве источников, что в настоящее время невозможно в течение одной человеческой жизни познакомиться со всеми ними или даже с главнейшими из них. Тот, кто захотел бы один написать всю эту историю, мог бы основательно изучить только некоторые части ее, а по отношению к целому должен был бы удовольствоваться поверхностным очерком, почерпнутым из вторых или третьих рук. Что касается политической истории, то, в рамках избранных мною фактов, возможно и для одного человека, в течение двух десятков лет, перечесть все законы революционной эпохи, все влиятельные газеты того времени, переписку, прение, политические речи, протоколы выборов и биографию лиц, игравших какую-нибудь роль. Но вот уже немного более двадцати лет, как я предпринял это чтение. Я начал его в 1879 году с изучение речей ораторов, а затем в течение пятнадцати лет, читая лекции в Сорбонне, изучал политические учреждение, политические партии и жизнь всех великих людей революционной эпохи. Таким образом я имел необходимое время для того, чтобы исследовать все источники, относящиеся к моему предмету. Хотя форма этой книги может отзываться иногда импровизацией, но мои исследования были очень медленны и, как я надеюсь, в общем полны. Я не думаю, чтобы я упустил хоть один важный источник или высказал хоть одно утверждение, не извлеченное непосредственно из документов.
Мне остается сказать об этих источниках.
Я не перечисляю их в форме библиографического указателя; но они все упомянуты мною или в тексте, или в подстрочных примечаниях.
Для того чтобы свидетельство было достойно доверие, недостаточно, чтобы оно исходило от современника: необходимо еще, чтобы оно было высказано в тот самый момент, к которому относится происшествие, или очень скоро после того, при полной свежести воспоминание.
Таким образом я предпочитал мемуарам переписку и газеты.
Я мог бы сказать еще многое об источниках, но мне не раз случалось характеризовать их несколькими словами в подстрочных примечаниях; наконец, по самому способу, каким я пользуюсь тем или другим источником, читатель, без сомнения, будет в состоянии судить о моем отношении к каждому из них.
Что касается до того настроение, в каком находился автор в то время, как писал эту книгу, то я скажу только, что желал, по мере моих сил, исполнять функцию историка, а не защищать какой-нибудь тезис. Я имею претензию думать, что на мой труд можно смотреть как на образчик применение исторического метода к изучению эпохи, извращенной страстями и легендами.
А. Олар.
Предисловие автора к русскому (первому) изданию
Предисловие
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Происхождение демократии и республики. 1789—1792
ГЛАВА I. Республиканская и демократическая идея до революции
Во Франции не существовало республиканской партии. Монархические взгляды: 1) умерших знаменитостей: Монтескьё, Вольтера, д’Аржансона, Дидро, Гольбаха, Гельвеция, Руссо, Мабли; 2) влиятельных и известных современников: Рейналя, Кондорсе, Мирабо, Сиейса, д’Антрега, Лафайета, Камилла Демулена
II. Стремление писателей ввести в монархию республиканские учреждение
III. Ослабление монархии; оппозиция парламентов
IV. Парламенты мешают преобразованию абсолютной монархии; они препятствуют учреждению провинциальных собраний
V. Влияние Англии и Америки
VI. В какой степени писатели того времени были демократами?
VII. Демократическое и республиканское настроение умов
ГЛАВА II. Республиканская и демократическая идея в начале революции
Созыв генеральных штатов; наказы
II. Возникновение Национального Собрание
III. Взятие Бастилии и муниципальная революция
IV. Декларация прав
V. Логические последствие этой декларации
ГЛАВА III. Буржуазия и демократия. 1789—1790
I. Из Декларации прав не были извлечены ни все ее социальные, ни все ее политические последствие. В эту эпоху еще не было ни социалистов, ни республиканцев
II. Организация монархии
III. Организация буржуазии в привилегированный класс. Избирательный ценз
IV. Демократическое движение
V. Применение на практике системы избирательного ценза
V. Усиление демократических требований
ГЛАВА IV. Возникновение демократической и республиканской партий. 1790-1791
I. Демократическая партия
II. Федерация
III. Первоначальная республиканская партия; газета и салон госпожи Робер
IV. Первые проявление социализма
V. Феминизм. Братские общества обоих полов
VI. Агитация против буржуазного порядка
VII. Республиканские манифестации с декабря 1790 г. по июнь 1791 г.
VIII. Гуманитарная политика
IX. Заключение
ГЛАВА V. Бегство в Варенн и республиканское движение. 21 июня — 17 июля 1791 г.
I. Характер Людовика XVI. Историческое значение бегства в Варенн
II. Настроение Учредительного Собрание
III. Настроение Парижа. Народы секции, клубы, печать
IV. Возвращение короля наносит удар республиканской партии
V. Полемика по вопросу о республике или монархии. Сиейес, Кондорсе
VI. Республиканское движение в провинции
VII. Демократы и резня на Марсовом поле
ГЛАВА VI. Республиканцы и демократы после события на Марсовом поле
I. Раскол и реакция после событий 17 июля 1791 г.
II. Буржуазная система принимает более резкий характер
III. Учредительное Собрание закрывает все пути для демократии и республики
IV. Восстановление королевской власти
ГЛАВА VII. С момента созыва Законодательного Собрание до 20 июня 1702 года
I. Выборы в Законодательное Собрание и временное отречение демократической и республиканской партий
II. Первые акты и первоначальная политика Законодательного Собрание
III. Общественное мнение
IV. Политика короля. Объявление войны Австрии. Ссора Собрание с королем
V. Антиреспубликанская политика Робеспьера
VI. День 20 июня 1792 г.
VII. Последствие этого дня
ГЛАВА VIII. Событие, подготовившие низложение Людовика XVI
I. Мера, принятая Законодательным Собранием против королевской власти
II. Общественное настроение во Франции в июле—августе 1792 г.
III. Федералисты
IV. Парижские газеты и республиканизм
V. Агитация в секциях
VI. Настроение Законодательного Собрание
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Демократическая республика. 1792—1795
ГЛАВА I. Падение трона и учреждение демократии
I. Отрешение от власти Людовика XVI
II. Организация исполнительной власти. Революционная Коммуна
III. Всеобщее избирательное право
ГЛАВА II. Эволюция политических идей в период времени с 10 августа по 22 сентября 1792 года
I. Провинциальная Франция примыкает к революции 10 августа
II. Движение против Людовика XVI и королевской власти
III. Поведение Законодательного Собрание
IV. Настроение парижского народа
V. Газеты и памфлеты
VI. Парижские выборы в Конвент
VII. Клуб якобинцев
VIII. Республиканское движение в провинции
IX. Выборы депутатов в Конвент
X. Республиканское движение во время этих выборов
XI. Проекты пригласить другого короля
XII. Планы организации республики
ГЛАВА III. Установление республики
I. Упразднение королевской власти (21 сентября 1792 г.)
II. Провозглашение республики (22 сентября 1792 г.)
III. Как встретило общественное мнение это провозглашение
ГЛАВА IV. Конституция 1793 года
I. Проект Кондорсе
II. Общественное мнение
III. Прение в Конвенте по поводу проекта Кондорсе
IV. Проект Эро де-Сешелля
V. Обсуждение и принятие этого проекта
VI. Общий характер конституции
VII. Утверждение конституции путем плебисцита
VIII. Отсрочка этой конституции
ГЛАВА V. Революционное правительство до 9 термидора
I. Определение революционного правительства
II. Временный Исполнительный Совет и исполнительная комиссия
III. Национальный Конвент; его организация и функционирование
IV. Комитет Общественной Безопасности. Комитет национальной Охраны. Комитет Общественного Спасение
V. Народные представители, отправляемые с миссиями
VI. Народные клубы. Революционные комитеты
VII. Декрет 14 фримера II года
VIII. Террор. Положение печати. Революционный Трибунал. Террористические законы
IX. Общий характер революционного правительства
ГЛАВА VI. Мнение и партии. Роялизм до 9 термидора
I. Роялизм во Франции в начале республики
II. Роялизм в восставших областях: Вандее, Лионе, Тулоне. Роль графа Прованского
III. Роялизм в невосставших областях
ГЛАВА VII. Мнение и партии. Жирондисты, монтаньяры, дантонисты. С сентября 1792 г. по июль 1793 г.
I. Организация жирондистской партии
II. Ее политическая программа
III. Ее вожди
IV. Организация и программа монтаньярской партии
V. Ее вожди
VI. Столкновение этих двух партий
VII. Падение Дантона
ГЛАВА VIII. Мнение и партии. Гора после победы. Робеспьер, Эбер, Дантон.
С июля 1793 г. по жерминаль II года
I. Федерализм
II. Монтаньярская Франция
III. Социализм
IV. Эбертисты и дантонисты
ГЛАВА IX. Религиозная политика до 9 термидора
I. Сохранение гражданского устройства духовенства. Закон против непокорных священников
II. Упразднение христианства. Культ Разума
III. Религиозная политика Комитета Общественного Спасение. Устойчивость католицизма
IV. Культ Верховного Существа и Робеспьер
ГЛАВА X. Революция 9 термидора
I. Причины падение Робеспьера
II. Событие 8 и 9 термидора II года
III. Восстание и поражение парижской коммуны и сторонников Робеспьера
ГЛАВА XI. Упадок революционного правительства после 9 термидора
I. Термидоровская реакция
II. Удержание революционного правительства
III. Реорганизация центральной власти. Административная децентрализация
IV. Эмиссары Конвента. Народные клубы. Революционные комитеты
V. Парижская коммуна
VI. Национальная гвардия
VII. Революционный трибунал. Отмена различных террористических законов
VIII. Законы о печати
IX. Общие черты упадка революционного правительства
ГЛАВА XII. Мнение, партии и религиозная политика после 9 термидора
I. Термидоровцы правой и термидоровцы левой стороны. Возвращение в Конвент жирондистов
II. Перемены в нравах
III. Реакция против террора и террористов
IV. Событие жерминаля и прериаля
V. Белый террор
VI. Роялизм. 13 вандемьера
VII. Религиозная политика. Отделение церкви от государства
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Буржуазная республика 1795—1799
ГЛАВА I. Конституция III года
I. Общественное мнение и предварительные прения
II. Отмена всеобщего избирательного права
III. Восстановление системы ценза
IV. Прение по поводу системы ценза
V. Организация законодательной власти
VI. Организация исполнительной власти
VII. Административная и муниципальная организация
VIII. Декларация прав
IX. Общий характер конституции
X. Главнейшие органические избирательные законы
XI. Плебисцит
XII. Введение конституции в действие
ГЛАВА II. Применение конституции III года
I. Общий характер этого периода
II. Избирательная система: выбор депутатов
III. Избирательная система: выбор должностных лиц
IV. Законодательный Корпус: Совет Пятисот и Совет Старейших
V. Исполнительная Директория и министры
VI. Комиссары Директории. Административная централизация
VII. Клубы
VIII. Отношение к периодической печати
ГЛАВА III. Мнение, партии и религиозная политика до 18 фруктидора
I. Различные формулы присяг и политические партии
II. Буржуазные или правительственные республиканцы
III. Демократы. Бабёф и бабувизм
IV. Роялисты
V. Религиозная политика, народные празднества; теофилантропия
VI. Религиозная политика, католицизм
VII. Государственный переворот 18 фруктидора
ГЛАВА IV. Религиозная политика, мнения и партии после 18 фруктидора
I. Религиозная политика: католицизм
II. Религиозная политика: празднование декад, теофилантропия
III. Роялизм
IV. Правительственные республиканцы и республиканцы-демократы. Закон 22 флореаля VI года (11 мая 1798 г.)
V. Оппозиция Директории. День 30 прериаля VII года (18 июня 1799 г.)
VI. Появление вновь террора
VII. Появление вновь якобинцев
ГЛАВА V. Падение Исполнительной Директории
I. Общие причины государственного переворота 18 брюмера
II. Популярность Наполеона Бонапарта. Его возвращение из Египта
III. Подготовление государственного переворота
IV. День 18 брюмера
V. День 19 брюмера
VI. Упразднение и замена Директории
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Плебисцитарная республика 1799-1804
ГЛАВА I. Временный Консулат и конституция VIII года
I. 18 брюмера и общественное мнение
II. Политика временных консулов
III. Редактирование конституции VIII года
IV. Анализ этой конституции
V. Плебисцит по вопросу об ее утверждении
ГЛАВА II. Десятилетний Консулат
I. Организация общественных властей
II. Положение печати
III. Административная организация
IV. Новые нравы
V. Влияние победы при Маренго на внутренние дела. Покушение, проскрипции, усиление деспотизма
ГЛАВА III. Религиозная политика
I. Система отделение церкви от государства при Консулате. Культ десятого дня декады. Теофилантропия
II. Две категории католиков
III. Общие результаты системы отделение церкви от государства
IV. Причины отмены этой системы
V. Конкордат
VI. Его практическое применение
VII. Новые преимущества, дарованные римской церкви
ГЛАВА IV. Пожизненный Консулат
I. Плебисцит X года
II. Органический сенатус-консульт 16 термидора X года (4 августа 1802 г.)
III. Возврат к монархическим формам
IV. Республиканская оппозиция. Военные заговоры. Бонапартизм рабочих
V. Роялизм
VI. Заговоры действительные или воображаемые: Кадудаль, Пишегрю и Моро; герцог Энгиенский
VII. Установление империи
VIII. Органический сенатус-консульт 28 флореаля XII года (18 мая 1804 г.),
IX. Исчезновение республики
X. Общие замечание о французской революции
UPD По советам коллег
bb1755 и eleonoredдобавляю ссылки:
издание книги А.Олара 1938 года, современная орфография и предисловие
издание на языке оригинала, 1901 год
на сайте Национальной Библиотеки Франции
на архив.орг
#ВеликаяФранцузскаяРеволюция, #библиотекаViveLiberta, #библиотекаИстМат, #скачатьбесплатно
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
Date: 2023-05-22 06:35 pm (UTC)Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment), Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment), Политика (https://www.livejournal.com/category/politika?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
no subject
Date: 2023-05-22 06:49 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-22 06:36 pm (UTC)- — -
Мы подошли к концу нашего рассказа, который, как ни велико количество занятых им страниц, может показаться далеко неполным, если подумать о том множестве фактов, которые не могли войти в него, а если и вошли, то лишь в очень сокращенной передаче. В сущности, эта большая книга представляет собою простое резюме.
Стоит ли теперь резюмировать это резюме и, следуя классическому обычаю, представить под видом заключительных выводов сжатое содержание этого уже без того сжатого изложения? Не будет ли бесполезным и утомительным это повторение, особенно если принять во внимание, что в предисловии мы уже говорили о нашей цели, о нашем методе и плане? Итак, избавим от этого читателя.
Если бы мы защищали какой-нибудь исторический тезис, развивали ряд рассуждений с целью доказать истинность какого-нибудь положения, в таком случае заключительный вывод являлся бы обязательным. Но мы хотели только изложить объективно, без всякой предвзятой мысли политическую историю великой революции с точки зрения происхождения и развития демократии и республики.
Заключительный вывод другого характера мог бы состоять в извлечении из рассказанного нами прошлого уроков для будущего. Но мы далеки от такого дерзкого педантизма. Мы представляем каждому из читателей, если он найдет это возможным и полезным, самому извлечь эти уроки, сообразно с своими политическими стремлениями и с своим умственным складом. Мы довольствуемся тем, что выставили на вид факты, и предоставляем им самим говорить за себя.
no subject
Date: 2023-05-22 06:36 pm (UTC)Ошибочно думать, чтобы французская революция была совершена несколькими выдающимися личностями, несколькими героями. Я допускаю, если угодно, что одному гениальному солдату удалось в конце концов дезорганизовать все созданное ею в политической области, но я думаю, что из всего рассказа о периоде времени с 1789 г. по 1799 г. вытекает, что никакая отдельная личность, ни Людовик ХVІ, ни Мирабо, ни Дантон, ни Робеспьер, не руководили событиями. Но можем ли мы сказать в таком случае, что истинным героем революции был французский народ? Да, если рассматривать французский народ не в виде бесформенной массы, а в виде организованных групп. Возьмите, например, действительно решающие события, события, оказавшие действительно большое влияние, и прежде всего взятие Бастилии с вызванною им муниципальною революцией. Вам было бы очень трудно назвать имя хоть одного человека, который бы играл преобладающую роль в этом зарождении новой Франции в июле и августе 1789 г. - Вы видите, что французы организуются тогда в муниципальные группы, группируются в коммуны; затем федерация этих коммун образует нацию; и вот из этого самопроизвольного движения, во имя братства и разума, возникает новое отечество. А восстание 10 августа 1792 г., которое, изменив судьбы Франции, опрокинуло многовековой трон и создало демократический строй? Это было анонимное, национальное восстание. Это было делом не Дантона или Барбару, а марсельских и брестских федератов вместе с парижской национальной гвардией. А кто после того упрочил национальное единство, кто спас нацию-, подвергавшуюся нападениям со стороны короля и раздиравшуюся гражданской войной? Был ли то Дантон, или Робеспьер, или Карно? Нет сомнения, что эти люди оказали услуги, но, по существу дела, единство было поддержано и независимость была обеспечена группировкой французов в коммуны и народные клубы. Европейскую коалицию, сплотившуюся против Франции, отразила муниципальная и якобинская организация. Тем не менее, при ближайшем исследовании, в каждой из таких групп можно найти двух или трех более способных людей, которые, являясь вожаками или руководимые в свою очередь другими, приводили в исполнение решения, имели вид вождей и могли бы быть названы действительно вождями, но которые (при чтении, например, протоколов заседаний народных клубов) кажутся нам черпавшими свою силу гораздо более из групп, к которым принадлежали, нежели изнутри самих себя. Чтобы остановить революцию, Наполеон Бонапарт разъединил эти группы, и тогда во Франции не оказалось больше граждан, а остались лишь отдельные личности.
Революция была осуществлена только в некоторой своей части и только на известное, время. Она даже была как бы приостановлена и казалась уничтоженной при правлении Наполеона I, по крайней мере с 1808 по 1814 г. Почему? Потому что французский народ еще не был достаточно просвещен, чтобы осуществлять свою верховную власть. Просвещение народа, вот что было истинной политической и социальной программой республиканцев, тех вождей групп, о которых я говорил. Помешать народу просвещаться и рассуждать было
одном из главнейших пунктов политической и социальной программы Наполеона Бонапарта, когда он сделался деспотом.
no subject
Date: 2023-05-22 06:38 pm (UTC)Мне кажется, что факты, собранные в этой книге, устраняют ту двусмысленность, которая связана со словами: великая французская революция. Под этими словами обыкновенно понимают, с одной стороны, те основные принципы, которые составляют великую французскую революцию, и те акты, которые согласовались с этими принципами, а с другой стороны, весь тот период времени, в течение которого совершалась революция, со всеми деяниями, охватываемыми им, как соответствовавшими, так и противоречившими этим основным принципам. Это смешение в такой же мере вредило истине, в какой было полезно сторонникам ретроградной политики, позволяя им приписывать революции, как своего рода исторической личности, самые прискорбные или даже самые антиреволюционные деяния: Так, например, был ли хоть один акт, более антиреволюционный, чем казнь эбертистов и дантонистов или чем отмена всеобщего избирательного права в III году? Между тем это нисколько не мешает людям зачастую говорить: революция погубила Гебера и Дантона, революция упразднила демократию. Этот незаконный способ выражения: революция сделала то-то или не сделала того-то, заставляет смотреть на революцию, как на какую-то непоследовательную, капризную, разнузданную и кровожадную силу. Таким путем пытались дискредитировать самые принципы революции, особенно благодаря стараниям и в пользу людей, считавших эти принципы сатаническими и желавших управлять обществом с помощью противоположных принципов. Впрочем, все политические партии защищали в XIX веке свое дело аргументами, извлеченными из тех или других событий, происшедших между 1789 и 1799 гг., при чем они называли эти события, взятые наудачу или искусно подобранные, великой французской революцией. Я надеюсь, что теперь смысл этих слов более выяснился: великая французская революция состояла в декларации прав, редактированной в 1789 г. и дополненной в 1793 г., и во всех попытках, делавшихся с целью осуществления этой декларации; контрреволюция состояла в попытках отвратить французов от поведения, согласного с основными принципами декларации прав, т.е. согласного с разумом, просвещенным историей.
no subject
Date: 2023-05-22 06:38 pm (UTC)Императорский деспотизм остановил революцию, отметил собою отступление в сторону принципов старого порядка, упразднил временно свободу, уничтожил отчасти равенство. Но эта разрушительная работа коснулась скорее политических, чем социальных результатов революции. Сохранение этих социальных результатов проявилось в обладании национальными имуществами и в гражданских законах, сведенных в кодекс, хотя и менее эгалитарный, чем какой был задуман Конвентом, но во всяком случае бесконечно более гуманный и разумный, чем кодексы старого порядка, обладавший, кроме того, тем преимуществом, что он был одинаковым для всей Франции; оно проявилось в функционировании революционных законов о наследстве, словом, во всем этом кодексе, принятом почти всей Европой. Этим именно и объясняется, почему после падения Наполеона Бонапарта, когда социальные результаты революции оспаривались роялистами, вернувшимися из эмиграции, этот человек, сделавший все, что только он мог сделать для разрушения политических результатов революции, стал казаться человеком революционной эпохи и мог говорить о себе, как о таковом.
no subject
Date: 2023-05-22 06:40 pm (UTC)Переводческие работы Н.В.Кончевской (https://ru.wikisource.org/wiki/%D0%9D%D0%B0%D0%B4%D0%B5%D0%B6%D0%B4%D0%B0_%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BD%D0%B0_%D0%9A%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F).
Фотография (https://commons.wikimedia.org/wiki/File:%D0%9F%D0%B5%D1%88%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%B8_%D0%9A%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F.jpg).
no subject
Date: 2023-05-23 03:41 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 04:22 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 05:13 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 02:42 pm (UTC)no subject
Date: 2023-06-01 04:03 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 04:25 am (UTC).
.
no subject
Date: 2023-05-23 04:54 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 02:31 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 04:51 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 05:40 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 06:04 pm (UTC)Или так:
"D’après le témoignage de Victor Daline, Mathiez considérait Aulard comme un journaliste, et non comme un historien : Victor Daline, Sur l’histoire de la pensée sociale en France, Moscou, Naouka, 1984, p. 7 (en russe). Godechot a témoigné de ce même fait : Jacques Godechot, Un jury pour la Révolution, op. cit., p. 304. " (В.Погосян (https://www.cairn.info/revue-annales-historiques-de-la-revolution-francaise-2017-1-page-31.htm))
no subject
Date: 2023-05-24 06:30 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-24 07:34 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-25 03:34 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-26 02:41 pm (UTC)Погосян ссылается на Далина — а Далин в автобиографической статье "Полвека изучения истории Франции" пишет о научной поездке во Францию в конце 1929 — первой половине 1930, о посещении лекций Матьеза и встречах с ним.
Далее — цитирую:
Позднее мы встречались с Матьезом несколько раз. Как-то С.С.Бантке сказал ему, что занимается Оларом как историком. Матьез в ответ отчеканил: "Олар-историк? Такого не существует". Смущённый Бантке поправился, что он изучал Олара-публициста и его отношение к русской революции. Тогда Матьез уже спокойным тоном заметил: "Олар-публицист? Это совсем другое дело!"
— и далее сетует, что увлёкшийся совсем другими сюжетами, "упустил прекрасную возможность проконсультироваться с Матьезом по проблемам французской революции"
И здесь, с одной стороны, вспоминаем, что научное противостояние с Оларом обернулось для Матьеза весьма серьезными последствиями от его административного ресурса, как бы мы сейчас сказали...
— А с другой — к этому времени Олар, похоже, политической публицистике уделял гораздо больше времени, чем научной деятельности. — Между прочим, а Париже на русском языке вышли две скорее именно публицистические брошюры — "Французская революция и русская революция" и "Теория насилия и французская революция (https://archive.org/details/lucile-ait_mail_20150303/page/n11/mode/2up)"
no subject
Date: 2023-05-27 06:30 pm (UTC)"Административный ресурс"... не Олар, но вся буржуазная система против Матьеза была, ничего другого ждать и не приходилось.
no subject
Date: 2023-05-28 03:15 am (UTC)Кроме того — высказывание Матьеза, как его воспроизводит Далин, выглядит ситуативным, и более того, оказывается, состоит из двух высказываний, разделённых репликой собеседника... — а вот другие авторы воспроизводят его как целостное, и вне непосредственного контекста произнесения — как некое окончательное суждение...
Наконец, ещё одно соображение — относительно "не существует" — как раз в контексте жёсткого их противостояния — может ведь быть прочитано как не существует в настоящее время, потому что в настоящее время Олар занимается не историческими исследованиями, а политической публицистикой...
Так или иначе, полагаю этого эмоционального полемического высказывания Матьеза — явно недостаточно, чтобы судить о его мнении относительно вклада Олара в изучение истории Революции
no subject
Date: 2023-05-29 05:44 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 07:30 am (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 12:21 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 03:30 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 03:41 pm (UTC)no subject
Date: 2023-05-23 03:56 pm (UTC)Товарищ Матьез был чересчур строг и во многом несправедлив к Олару. Когда я запутываюсь в каком-нибудь "кто на ком стоял" в якобинском клубе или Конвенте, я ищу ответ у Олара. Как правило, нахожу.
no subject
Date: 2023-05-24 02:24 pm (UTC)no subject
Date: 2023-06-12 11:23 am (UTC)no subject
Date: 2023-06-23 03:50 am (UTC)