aurora_caffe | утопии и утописты: век XIX, Европа и немного Новый свет /выпуск 5/

homme-larochell.livejournal.com posting in

Flat | Top-Level Comments Only

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Мрачный, охваченный апокалипсическими настроениями, Ламенне укрылся в Ла Шене. Там, рядом с Жербе и Лакордером, он на некоторое время вновь погрузился в созерцательную жизнь, скрашенную дружеским теплом. Но душа его пылала стремлением вернуться к великой схватке: «Мы должны соединиться с народом, с подлинным народом; именно его нужно учить отстаивать свое дело, учить хотеть, действовать. Пришла пора сказать все...» Это «все» оказалось маленькой, полной апокалипсических образов книжечкой, гениальной пародией на пророков, которую он назвал «Речи верующего». Сент-Бёв, который взялся опубликовать этот красноречивый памфлет, был восхищен его силой. «Эта книга, — сказал ему издатель, — наделает много шума. Мои рабочие не могут спокойно набирать ее. Она захватывает, будоражит их; в типографии все вверх дном». И это соответствовало истине. Печатники выучили книжку наизусть и цитировали ее с лихорадочным воодушевлением.
Вся Европа оказалась взбудоражена. Воззвание к страдающим массам, к угнетенным народам поразило умы. Дряхлые монархии сотрясались от гнева. Как это так? Что происходит? Самый тяжкий удар наносит им священник! Государственные канцелярии направили жалобы в Рим. Во Франции на сторону Ламенне встал Шатобриан, зато друзья по Ла Шене — Лакордер, Жербе, Монталамбер — резко порвали со своим вчерашним учителем. Молодежь выхватывала друг у друга из рук экземпляры «Речей верующего». Париж, разумеется, острил: «На крест надели фригийский колпак». «Это Бабеф [16] в устах пророка Иезекииля». «Девяносто третий празднует Пасху». В Совете министров два часа шли дебаты на тему, следует ли преследовать автора в судебном порядке. Даже те, кто возмущался яростной беспощадностью тона, воздавали должное блеску стиля. Из Рима через энциклику «Singulari nos» [17] обрушилась молния осуждения. Ламенне согласился бы смириться в вопросах догмы, но не в вопросах политических и общественных. Произошел разрыв.
Ах, до чего же дикой и жалкой фигурой рисуется в ту пору священник-расстрига! Обедневший, почти нищий Ламенне не мог позволить себе сохранять Ла Шене после 1836 года. Раньше его щуплое тело тонуло в сутане; без нее он выглядел еще более тощим. Он жил в Париже в дешевой комнате и мечтал выстроить себе темницу, у дверей которой стоял бы расщепленный молнией дуб с девизом: «Я ломаюсь, но не гнусь». Посетители были редки. Иногда Беранже, Шатобриан и Ламенне собирались в беседке поэта, который вскоре прослыл «врачевателем сломленной гордости эпохи», а язвительный Сент-Бёв назвал эту тройку некоронованных королей «венецианским карнавалом нашей высокой литературы» [18]. Жорж Санд была очарована Ламенне. «На земле никогда не существовало, — пишет она, — сердца более нежного, способного на столь искреннее отеческое участие...» Ламенне, со своей стороны, женщин не жаловал, он утверждал, что ни одна из них не в состоянии удерживать нить рассуждения более четверти часа. Тем не менее он оказался в числе завсегдатаев Отеля де Франс на улице Лаффита, где жили Жорж Санд, Мари Д'Агу, Лист и где он встречал Мицкевича, Балланша [19], Эжена Сю. Кое-кто из гостей со страхом поглядывал на его зеленые глаза и огромный, острый, как клинок, нос; другие же восхищались его возвышенной и по-детски чистой душой.

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Он продолжал писать книги и статьи с прежней резкостью, вызывая тем самым беспокойство друзей. «Боюсь, — говорил Беранже, — как бы, с его добрым и слабым характером, он не метнулся от Харибды к Сцилле... Он плывет теперь без карты и компаса, и нет никаких гарантий, что не напорется на первый же риф...» Правительство, на которое он нападал, подвергало его гонениям. В его жилище был устроен обыск. Великодушный Шатобриан написал ему по этому поводу: «Мой прославленный друг, если в вашей мансарде мысль отныне не в безопасности, то знайте, что мой дом для вас всегда открыт». Сам же Ламенне не желал думать ни о чем, кроме крайней нищеты бедняков. Его тон становится все более непримиримым. В 1840 году выходит памфлет «Страна и Правительство», где он жестоко язвит по поводу Тьера [20]. Кто пишет пламенно, сгорает в собственном огне. На брошюру был наложен арест, автор предстал перед судом присяжных и оказался приговорен к годичному тюремному заключению. 4 января 1841 года он вступил в стены Сент-Пелажи.

Немного найдется эпизодов, которые могли бы сравниться по красоте с визитом утратившего иллюзии Шатобриана к томящемуся в тюрьме Ламенне. Шатобриан описал эту сцену в свойственной ему велеречивой манере: «Я навещаю заключенных не как Тартюф, чтобы облагодетельствовать их [21], но чтобы обогатить свой ум общением с людьми, которые достойнее меня... В угловой камере, под самой крышей, где до скошенного потолка можно дотронуться рукой, он и я, два безумца, одержимые идеей свободы, Франсуа де Ламенне (следовало сказать «Фелисите де Ламенне», но автору важнее было сохранить ритм фразы) и Франсуа де Шатобриан, беседовали о самом главном... Сколько бы он ни отрицал этого, идеи его были брошены в мир веры и в его слове запечатлен небесный глас...»
При всем своем расположении к узнику, Шатобриан не скрывает глубокого сожаления, что тот оставил сан, утратив таким образом высокий авторитет священника. Не случись этого, его теперь окружала бы молодежь, которая видела бы в нем миссионера, несущего дорогие ей идеи и в то же время прогресс, к которому она так стремится. «Какая великая сила — сочетание ума и свободы в лице священника! Но Бог не пожелал этого, — заключает Шатобриан. — Нас баюкали в младенчестве одни и те же волны; да будет позволено моей горячей вере и моему искреннему преклонению уповать на то, что мне еще доведется увидеть моего друга примиренным с Церковью и стоящим рядом со мной на одном и том же берегу вечных ценностей».
Я с наслаждением воображаю в этих высоких спорах двух великих бретонцев, сидящих в камере Сент-Пелажи и возвышающихся во весь рост своей гениальности над судьбой и временем. Оба они с раннего детства любили море — свою первую кормилицу — и оба восторженно встретили бурю. Шатобриан обрел желанные грозы в своем сердце, Ламенне — в своем уме. Шатобриан вырос в феодальной крепости в Кобурге; Ламенне — в деревне, под тенистыми кронами Ла Шене. И тот и другой проявили чисто бретонскую верность. Шатобриан — королю, в которого утратил веру, Ламенне — свободе и народу. Оба на ощупь продвигались вперед в холодном мраке ночи, «где ищешь сокровище, а находишь яму». Оба считали, что мир идет к грандиозному перевороту, но если Шатобриан не ждет от людей ничего хорошего и верит лишь в будущее, которое уготовано нам на небесах, то Ламенне убежден, что переворот возродит общество. «Я вижу повсюду сопротивление прошлого будущему, — говорит он, — но вижу я и то, что оно повсюду же оказывается преодоленным. Поэтому я ничему не удивляюсь и ничего не страшусь... Когда я смотрю на Европу, я вижу схватки, в которых рождается нечто великое. Но Бог еще не скоро разрешится от бремени».

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Когда разразилась революция 1848 года, она не оказалась неожиданностью ни для Шатобриана, ни для Ламенне. Первый, и в агонии сохранивший ненависть к Луи-Филиппу, пробормотал: «Хорошо сделано!» Второй, с орлиным взглядом, похожий лицом на маску Данте, устремился в своем вечном сюртуке, синих чулках и грубых башмаках в Национальное собрание заседать на трибунах Горы [22]. Голос его был настолько слаб, что расслышать его можно было, лишь приблизившись к трибуне. «Собрание утомляет меня, — говорил он. — Я задыхаюсь в его воздухе и физически, и морально». Однако он основал газету «Пепль конститюан» («Народ-законодатель»), которая в Июньские дни, когда ткался саван Революции [23], выходила тиражом в четыреста тысяч экземпляров. Вскоре реакция потребовала от владельцев газет денежного залога, и Ламенне пришлось закрыть свою. «Сегодня нужно золото, много золота, чтобы иметь право говорить, — с горечью писал он в последнем номере, вышедшем в траурной рамке. — Мы не достаточно богаты. Бедняки должны молчать!»
Государственный переворот Наполеонида[24] сразил его. Над Францией воцарилась беззвездная ночь. Nox sine stellis. Он умер в 1854 году. Незадолго до смерти он горячо молился. «Вот они, блаженные мгновения, — сказал он потом. — Счастливы мертвые, почившие в боге. Где они? Кто нам ответит?» Он умер в созданной им для себя вере и просил похоронить его в братской могиле. «Как моряк после смерти погружается в волны, смыкающиеся без холма и креста над его текучей могилой, — сказал аббат Булье, — так и Ламенне пожелал исчезнуть в безымянной глине, где спят последним сном отверженные и убогие, которых он так любил и которые любили его».
Правительство Второй империи, опасаясь манифестаций, приказало похоронить Ламенне тайно, под покровом ночи. Это был первый день Великого поста, 1 марта 1854 года. Маски, возвращавшиеся с последних балов, видели, как из старого дома в Марэ [25] вышла кучка великих людей Франции в черных одеждах, провожая гроб. Среди них — Ламартин и Беранже. К процессии присоединились студенты, и вскоре она была взята под конвой полиции и кавалерии. Слыша стук копыт по мостовой, люди высовывались из окон и спрашивали, что происходит. Молодежь отвечала: «Умер Ламенне. Все на Пер-Лашез!» У ворот кладбища провожавших было уже несколько тысяч. Толпе преградили вход. Как он того пожелал, Ламенне был похоронен без речей, без надгробия — и без креста, из-за которого он сломал столько копий.

Ах, почему не покоится он, как хотел когда-то, на Гран-Бе [26], в ногах могилы Шатобриана! Но если тело Ламенне и стало безымянной глиной, то мысль его жива по-прежнему. Неумолимый червь, который подтачивает и память, и славу, пощадил его. Витроль, приятель Ламенне, сказал ему однажды: «Друг мой, вы не властны над своим гением. Он есть дитя бури, и вы, сами того не подозревая, сеете эту бурю далеко вокруг себя». Все, что посеял этот пылкий дух, дало всходы. Начиная с 1854 года Церковь постепенно становится ламеннианской. Позднее светская политика папы Льва XIII[27] полностью приблизилась к той, которую указал Ламенне. Христианская демократия, гражданственный католицизм, свобода обучения, свобода прессы, разделение власти церковной и светской, — все, о чем Ламенне мечтал, к чему он стремился, живет после его смерти. Не умаляя значения других факторов, не менее важных, которые действовали в том же направлении, необходимо сказать, что если католицизм сохраняет сегодня во французском обществе такое влияние, то этим он в огромной степени обязан Ламенне, а также тем людям, которые во времена более благоприятные сумели, не отрываясь от Церкви, помочь прорасти зернам, посеянным в Ла Шене.

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Каждый француз, в какой бы точке политического горизонта ни лежали его убеждения, может лишь приветствовать это. Разве в деле объединения страны и избавления ее от бедствий может оказаться лишней чья-нибудь добрая воля? «Будущее оправдает меня», — повторял Ламенне. И будущее его оправдало. Брату он написал такое завещание: «Я оставляю тебе самое прекрасное наследство в мире: правду, которую надо защищать». Нам всем он завещал правду о своей жизни и своих идеях, которую надо защищать. Я попытался показать вам эту великую душу в разладе с самой собой. Отвергнутый своими, Ламенне — «священник сердцем, священник умом, священник всегда» — был существом расколотым. Нежный и привязчивый, любящий, чтобы его любили, он тем не менее отдалился от своих самых дорогих друзей, когда оказался с ними на разных позициях. «Но он обладал, — говорит Сент-Бёв, — даром привязывать к себе людей, и когда он умер, у гроба собрались друзья разных лет его жизни, удивленные тем, что сошлись вдруг вместе, объединенные общей болью». Так и нас с вами, господа, — хотя мы вовсе не удивлены тем, что оказались сегодня вместе, ибо мы здесь, чтобы почтить память великого человека, — объединяет общее поклонение и общее стремление воздать заслуженные почести тому, кто всю жизнь отстаивал — один против всех — справедливость и свободу.

Примечания
* Священник на все времена (лат.).
** Аббат Жан Булье. — Прим. авт.

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Коментарии
Взгляды родоначальника христианского социализма аббата Фелисите Робера де Ламенне (1782—1854) эволюционировали от апологии монархии и папской власти (трактат «Рассуждение об индифферентизме в вопросе религии», 1817—1823) к признанию необходимости либерализации церкви, отделения ее от государства. После разрыва с Римом, ознаменованного книгой «Речи верующего» (1834), Ламенне стал видным социалистическим публицистом, выступая за преобразование общества в интересах пролетарских масс, в котором ведущую роль должна сыграть религия. Книги Ламенне написаны ярким, напряженным стилем, использующим традиции церковного красноречия, и представляют собой значительные литературные памятники.
Публикуемая речь Моруа, произнесенная в 1954 г. на торжествах по случаю столетней годовщины со дня смерти Ламенне в его родном городе Сен-Мало, вошла в книгу А. Моруа «От Арагона до Монтерлана» (1967).

1 Ламартин Альфонс де (1790—1869) — писатель-романтик и либеральный политический деятель.

2 Фресинус Дени Антуан, граф де (1765 —1841) — аббат, консервативный религиозно-политический деятель.

3 Каррон Ги (1760—1821) — церковный деятель, историк церкви.

4 «Аббат Фели» — Ламенне (сокращ. от Фелисите).

5 Пор-Рояль — монастырь в Париже, во второй половине XVII века центр янсенистской религиозной оппозиции.

6 Жербе Филипп Олемп (1798—1864), Лакордер Анри (1802—1861), Бенуа д'Ази Дени, виконт де (1796—1880), Салини Луи Антуан де (1798— 1861), Монталамбер Шарль Форбе, граф де (1810—1870) — церковные и политические деятели, соратники Ламенне в ранний период его творчества; Герен Морис де (1810—1839) — католический поэт.

7 Местр Жозеф, граф де (1753—1821) — консервативный политический идеолог, сторонник папской власти (ультрамонтан).

8 Престол святого Петра — римское папство.

9 Великий монарх — Людовик XIV.

10 Лев XII (Аннибале Серматтеи Делла Дженга, 1760—1829) — папа римский в 1823—1829 гг.

11 Лафайет Мари Жозеф Поль Ив Рок Жильбер Мотье, маркиз де (1757—1834) — политический деятель.

12 Витроль Эжен Франсуа д'Арно, барон де (1774—1854) — консервативный политический деятель.

13 Григорий XVI (Бартоломео Альберто Капеллари, 1765—1846) — папа римский в 1831—1846 гг.

14 "Mirari vos" — энциклика Григория XVI (как и все папские энциклики, она называется по первым словам ее латинского текста), осуждавшая журнал Ламенне «Авенир».

15 Легендарные слова, сказанные итальянским ученым Галилео Галилеем (1564—1642) после своего формального отречения под угрозами инквизиторов от теории вращения Земли вокруг Солнца.

16 Бабеф Гракх (1760—1797) — революционер, вождь социалистического «Заговора равных» в 1797 г.

17 "Singulari nos" — энциклика Григория XVI (1834), осуждавшая книгу Ламенне «Рассуждение об индифферентизме в вопросе религии».

18 Намек на эпизод из вольтеровского «Кандида» (глава XXVI), в котором на карнавале в Венеции встречаются шесть королей, потерявших свои королевства.

19 Д'Агу Мари, графиня (1805—1876) — писательница и хозяйка литературного салона; Лист Ференц (1811—1886) — венгерский композитор и пианист; Мари Д'Агу была его подругой; Балланш Пьер Симон (1776— 1847) — писатель и философ.

20 Тьер Луи Адольф (1797—1877) — буржуазный политический деятель, в дальнейшем палач Парижской Коммуны, публицист и историк.

21 Ср. в «Тартюфе» Мольера, действие III, явление второе:
Кто спросит — отвечай, что я пошел в темницу
К несчастным узникам, дабы утешить их
И лепту им вручить от скудных средств моих.
(Перевод М. Донского)

22 Гора — левореспубликанская фракция в Национальном собрании.

23 Имеется в виду жестокое подавление буржуазией восстания парижских рабочих 23—26 июня 1848 года.

24 Имеется в виду государственный переворот 2 декабря 1851 г., в результате которого к власти пришел племянник Наполеона I («Наполеонид») Луи-Наполеон, в дальнейшем император Наполеон III.

25 Марэ — старинный квартал в центре Парижа.

26 Гран-Бе — островок близ порта Сен-Мало, где похоронен, согласно его завещанию, Шатобриан.

27 Лев XIII (Винченцо Печчи, 1810—1903) — папа римский в 1878— 1903 гг.

From:

pere0duchesne.livejournal.com

Биографическая справка на русском (http://az.lib.ru/w/wodowozow_n_w/text_1896_lamennais.shtml)

Скромная коллекция переводов сочинений гражданина Ламенне (http://az.lib.ru/l/lamenne_f/)